8 примеров ССП из произведений. желательно из одного или двух произаедений.

Это можно ...

Из "Великого Гэтсби" Ф.-С. Фицжеральд:

Каррауэи - целый клан, и, по семейному преданию, он ведет свою родословную от герцогов Бэклу.

Я окончил Йельский университет в 1915 году, а немного спустя я принял участие в Великой мировой войне.

Средний Запад казался мне теперь не кипучим центром мироздания, а обтрепанным подолом вселенной, и я решил уехать на Восток и заняться изучением кредитного дела.

Отец согласился в течение одного года оказывать мне финансовую поддержку, и вот, после долгих проволочек, весной 1922 года я приехал в Нью-Йорк.

Дело шло к лету, а я еще не успел отвыкнуть от широких зеленых газонов и ласковой тени деревьев.

Он подыскал дом - крытую толем хибарку за восемьдесят долларов в месяц, но в последнюю минуту фирма откомандировала его в Вашингтон, и мне пришлось устраиваться самому.

Поначалу я чувствовал себя одиноким, но на третье или четвертое утро меня остановил близ вокзала какой-то человек, видимо только что сошедший с поезда.

Солнце с каждым днем пригревало сильней, и почки распускались прямо на глазах, и во мне уже крепла знакомая, приходившая каждое лето уверенность, что жизнь начинается сызнова.

Из "Великого Гэтсби" Ф.-С. Фицжеральд:

Каррауэи - целый клан, и, по семейному преданию, он ведет свою родословную от герцогов Бэклу.

Я окончил Йельский университет в 1915 году, а немного спустя я принял участие в Великой мировой войне.

Средний Запад казался мне теперь не кипучим центром мироздания, а обтрепанным подолом вселенной, и я решил уехать на Восток и заняться изучением кредитного дела.

Отец согласился в течение одного года оказывать мне финансовую поддержку, и вот, после долгих проволочек, весной 1922 года я приехал в Нью-Йорк.

Дело шло к лету, а я еще не успел отвыкнуть от широких зеленых газонов и ласковой тени деревьев.

Он подыскал дом - крытую толем хибарку за восемьдесят долларов в месяц, но в последнюю минуту фирма откомандировала его в Вашингтон, и мне пришлось устраиваться самому.

Поначалу я чувствовал себя одиноким, но на третье или четвертое утро меня остановил близ вокзала какой-то человек, видимо только что сошедший с поезда.

Солнце с каждым днем пригревало сильней, и почки распускались прямо на глазах, и во мне уже крепла знакомая, приходившая каждое лето уверенность, что жизнь начинается сызнова.